четверг, 23 сентября 2021 г.

Глиптика ( пятое упоминание ).

      Известный популяризатор науки С. Дробышевский пишет: "Около 10 тысяч лет назад последние ледники растаяли. Солнышко согрело озябшую планету, а человечество вступило в новый этап своей истории. На Ближнем Востоке ещё в конце плейстоцена лани закончились и людям пришлось переходить к активному собирательству диких злаков. 

     На территории так называемого Плодородного полумесяца, охватывающего по долинам Нила, Тигра и Евфрата бесплодную Синайскую пустыню, грандиозные изменения - от охотников-собирателей до шумерских городов свершились всего за несколько тысяч лет.

     Всю нашу цивилизацию можно представить как череду преодоления сырьевых кризисов. Охотники съели ланей - отправились собирать дикие злаки; собрали все злаки - научились их выращивать; истощили почвы - стали рыть оросительные каналы; засолили безмерной мелиорацией все земли - расселились на север; вырубили все леса - пришлось копать уголь; наметилась нехватка угля - принялись жечь нефть и газ; недостаточно и их - изобрели ядерные реакторы. Проблема нынешнего этапа цивилизации в том, что теперь людям уже некуда расселяться и нет идей, на какой бы ещё новый источник энергии перейти". ( мечтания "зелёных" - не научная профанация, но об этом в другом месте ).

     Итак, первыми от охоты и рыболовства к скотоводству и от собирательства к земледелию ещё в конце мезолита перешли племена, которые заселяли плодородные области Месопотамии, долину Нила, Палестину, Иран, а также юг Средней Азии. Уже в VI - V тысячелетиях до н.э. в этих странах, раньше, чем в других, возникли новые формы хозяйства и культуры. Уже в IV - III тысячелетиях до н.э. здесь кончился каменный век. В период неолита очаги земледельческой культуры и новых форм жизни начали возникать также в Китае и Индии.




среда, 22 сентября 2021 г.

Искусство Картье ( четвёртое упоминание ).

      В 1875 году новая Опера архитектора Гарнье открыла свои двери. Несмотря на нанесённые войной раны и на политические перемены, Франция демонстрировала вновь обретённое благосостояние и свою волю к тому, чтобы оставаться родиной искусств. Во многом Третья Республика являлась продолжением Второй Империи: верхушка буржуазии держала власть в своих руках, а её растущее благополучие по-прежнему основывалось на развитии сети железных дорог, на всё усиливающейся концентрации промышленности, на деятельности банков, а также на расширяющимся колониальном владычестве. Что касается мира искусств, там всё увереннее утверждал себя эклектизм, отвергая импрессионистов так же, как во времена Империи отвергали Курбе.

     Разумеется, эта либеральная и индивидуалистическая Франция не могла больше вынести диктата Двора, как единственного законодателя моды. Рассудочность пришла на смену пышности. Работы по украшению дворцов уступили место открытиям очагов просвещения ( Сорбонна, Фармацевтическая школа, лицеи6 Мольера, Кондорсэ, Святого Людовика ), также воздвижению скульптурных монументов, посвящённых Республике. Однако, вкус к роскоши и парадности не был совсем искоренён, он просто перестал быть столь афишированным и повсеместным, уходя в сферу частной жизни и становясь более тяжеловесно комфортабельным.

     В то время, как градостроительство стремилось оздоровить Париж, наполнив его воздухом, салоны всё больше перегружались драпировками, загромождались мебелью и безделушками, задыхаясь за тремя рядами занавесей на окнах. В Париж опять хлынули толпы иностранцев. Любопытство влекло их посмотреть на этот единственный в своём роде город, только что переживший двойную драму - войны с Пруссией и гражданской войны. Но прежде всего они приезжали в Париж в надежде приобрести те предметы роскоши, которых были лишены в течении длительного времени из-за исторических потрясений. Русские, американцы, греки, египтяне и т.д. способствовали быстрому возрождению всего, что было связано с модой и элегантностью. Парижская буржуазия и аристократия от них не отставали.

     Зная по горькому опыту каким спасительным финансовым источником могут стать драгоценности в трудное время, они спешили не только восстановить прежние запасы, но и пополнить свои шкатулки.

     Ювелирное дело хотя и не вернуло себе того блестящего положения, которое оно занимало в эпоху Второй Империи, вновь стало процветать. Оно с частью вышло из кризиса, связанного с появлением в 1872 году на парижском рынке алмазов из месторождений Южной Африки. Цена на бриллианты резко упала,  зато они стали доступны более широкой публике и, таким образом, спрос значительно возрос. Поскольку алмазы были более крупными и менее дорогими, то новым шагом в ювелирном деле стало облегчение оправы. Всемирные выставки в Париже в 1878 и 1889 годах подтвердили приоритет Франции во всех областях прикладного искусства, в том числе в ювелирном деле и моделировании одежды.

     Восхищение иностранцев, особенно американцев, всё возрастало. Их заказы удачно компенсировали те трудности сбыта на внутреннем рынке, которые были вызваны экономическим кризисом во Франции 1880 - 1895 годов. Количество заказов всё возрастало, но мастерские не снижали при этом качество работы - как раз наоборот. Среди наиболее известных ювелиров с мировым именем были: Альфонс Фукэ, Фредерик Бушерон, Люсьен Фализ.

( по материалам ГосЭрмитажа ).


     

Искусство Картье ( третье упоминание ).

     Итак, в 1847 году Луи Франсуа Картье был записан в коммерческий реестр следующим образом: "Приемник господина Пикара, производит ювелирные изделия, различные модные украшения, новинки". Его именным клеймом стал туз червей в ромбе. В 28 лет он стал во главе предприятия.

     Умный, активный, решительный, он не хотел оставаться в тени, быть одним из многих. По примеру своего прежнего хозяина он решил открыть магазин в квартале, где он мог бы найти потенциальную клиентуру. В 1853 году он обосновался на на улице Нев дэ Пти Шан, на полпути между Пале Роаяль и Биржей. Очень скоро изделия Картье привлекли к себе внимание. С 1855 года он стал поставщиком графини Ньеверкерке. Её муж был интендантом изящных искусств и близким другом принцессы Матильды, так что Луи Франсуа Картье мог надеяться на счастливое будущее. И в самом деле на следующий год принцесса Матильда сама явилась приобрести его украшения. 

     Окрылённый этими успехами, внимательный к эволюции нравов парижского общества, Картье вновь переезжает в 1859 году - Га этот раз на Итальянский бульвар, блистательнейший из бульваров. Он купил магазин и весь товар ювелира Жийона, устроившись в доме № 9, неподалёку от хорошо посещаемых заведений, таких, как Гран Балкон в доме № !!, кафе Англэ в доме № !3 и кафе Тортони. Восхождение по социальной лестнице продолжалось. Императрица Евгения удостоила его чести сделать у него покупки.

     Трудно представить, что создавал в то время Картье. Не сохранилось ни одного рисунка. На изделиях он почти никогда не ставил своего клейма. По счастью некоторые изделия находятся в их оригинальных футлярах, а в реестрах ювелирных изделий конца XIX века содержаться наброски пером некоторых изделий и аксессуаров.

     Безусловно, Картье торговал прежде всего изделиями из своих мастерских, но ему приходилось продавать также и работы своих коллег-фабрикантов. Число их было невелико, выполнены они были из крупных не дорогих камней ( аметисты, топазы, аквамарины, гранаты, хризопразы, хризолиты и т.д. ), в массивных оправах из золота, являя собой комплекты украшений не столько дорогостоящих, как внешне эффектных. В то время было принято преподносить подобные украшения невесте в свадебной корзине. 

     В витринах наравне с украшениями фигурировали различного вида аксессуары: флаконы, табакерки, портсигары, печати, подставки для карандашей и т.д. В общем, эти предметы роскоши соответствовали вкусам той эпохи, но всегда были тщательно подобраны, отвечали критериям высокого качества изготовления, элегантности и определённой сдержанности. Проявилось уже в полной мере то, что можно назвать классицизмом Картье.

     И вдруг - крутой поворот истории и празднику Империи пришёл конец. Началась франко-прусская война. Франция в ней потерпела поражение. Империя пала и население Парижа вновь взбунтовалось ( помните советский праздник Парижской Коммуны? ). Для Луи Франсуа Картье, как, впрочем, и для многих, ситуация становилась драматичной. НЕ могло быть и речи о торговле предметами роскоши для богатой публики. Была лишь одна мысль - пережить это время.



( по материалам ГосЭрмитажа ).

четверг, 16 сентября 2021 г.

Горячие камни

     На Севере, на Колыме и Чукотке, иногда приходилось жить в палатке в холодное время. Холодно, кругом снег, а тебя защищает только драный брезент. Днём неплохо, печурка раскалена, сжирая дрова кубометрами, в палатке тепло. Но вечером печь быстро остывает и в палатке устанавливается уличная температура. Тогда мы часто поступали по совету опытных полевиков: нагревали на печке валун, заматывали его в тряпки и помещали в спальный мешок, в ноги. Валун - "любовник" всю ночь отдавал тепло, тряпки постепенно снимались и можно было сносно дожить до утра.

     Ах, эти холодные утра! Минусовая температура, все проснулись, но никто не хочет вставать первым. Часто приходилось это делать мне. Выпрыгиваешь из спальника, как-будто ныряешь в прорубь, повизгиваешь от резкого холода. Натягиваешь ватные штаны и бушлат и к печке. Там с вечера приготовлена растопка. Вскоре весело начинают потрескивать дрова. Минут через пятнадцать становиться тепло и мои "сокамерники" неспеша поднимаются.

     Эти воспоминания навеяны упоминанием о древних камневарах.

     Ещё в верхнем палеолите древние обитатели Америки дикие плоды и ломти мяса перестали употреблять в пищу в сыром виде. Появился оригинальный способ приготовления горячих блюд: поскольку ни керамических сосудов, ни тем более металлических кастрюль, способных выдержать огонь, в те времена ещё не существовало, древние предки индейцев гениально решили проблему - они стали варить себе еду... в корзинах!

     Самое необычное заключалось в том, что продукты варились с помощью горячих камней. Котлами служили сосуды из дерева, коры или кожи, а также плотно сплетённые корзины. Такая посуда заполнялась водой, в которую деревянными щипцами опускали предварительно раскалённые на огне камни. Если их температура была достаточно высока, то содержимое быстро закипало. Остывший булыжник тут же заменялся новым, раскалённым докрасна. Обязанности повара заключались в том, что он удобно усаживался рядом с огнём и менял камни до тех пор, пока пища окончательно не сварилась. Совершенно очевидно, что жизнь этих охотников можно назвать просто роскошной по сравнению с тем прозябанием, в котором пребывали их предки. Стало возможным готовить разнообразную и специальную пищу для детей, стариков и больных. Возник совершенно новый уклад жизни, получивший вскоре повсеместное признание.

     Это были так называемые камневары, чьи следы этнографы прослеживают от Аляски до Калифорнии. 



вторник, 14 сентября 2021 г.

Искусство Картье ( второе упоминание ).

     В этой атмосфере украшения и драгоценности являлись абсолютно необходимым дополнением к женской красоте; время, когда мужчины украшали себя, безвозвратно ушло. Диадемы, подобно ореолу, окружавшие своим сиянием сложнейшие причёски, длинные висячие серьги вторили движениям головы. Глубокое декольте, открытые плечи требовали колье с подвесками. Нельзя было показать руки, запястья без браслетов. Заказчики были настолько богаты, что ювелиры не стеснялись использовать крупные алмазы, несмотря на их большую цену. Стало возможным отказаться от серебряной оправы, маскировавшей маленькие размеры бриллианта. Оправы облегчили, и впредь камни стали вставлять в золото.

     Стиль украшений полностью соответствовал эклектизму эпохи. Как и во время Июльской монархии, создавались украшения в стиле Ренессанса. Императрица Евгения, большая поклонница Марии-Антуанетты, вновь ввела в моду стиль Людовика XVI. В 1861 году Дирекция Изящных Искусств приобрела коллекцию маркиза Кампана, которая побудила увлечение искусством греческих, этрусских и римских ювелиров. Египетский стиль, немного забытый со времён Египетский кампании Наполеона I, снова произвёл фурор в связи с работами по строительству Суэцкого канала и впечатляющими археологическими находками Огюста Эдуарда Мариэтта.

     Восхищение публики ювелирными изделиями в полной мере проявилось во время Всемирных выставок в 1855 и 1867 годах. Благодаря Г.Лемонье, Шарлю и Альфреду Бапсту, Эжену Фонтенэ, Эмилю Фромон-Мёрису, Оскару Массэну, Алексиси Фализу и Эрнесту Веверу Франция в этой области заслужила уважение во всём мире.

     Луи Франсуа Картье не стоял на месте в этой быстротечной реке жизни. Родившийся в 1819 году в семье владельца фабрики, изготовлявшей пороховницы, он выучился ремеслу ювелира и поступил подмастерьем в мастерскую Адольфа Пикара. Тот быстро заметил его способности, серьёзное отношение к работе и организаторский дар. В 1847 году Пикар уступает Луи своё дело по улице Монторгей, сам же устраивается на улице Решелье, недалеко от Пале Руаяль. После обновления, произведённом при Луи Филиппе, этот прекрасный парижский район стал главным местом торговли предметами роскоши. Там находилось около сорока ювелирных лавок.

( по материалам ГосЭрмитажа ).

Искусство Картье ( первое упоминание ).

      Искусство Картье  Французское ювелирное искусство с 1847 по 1960 гг. 

     Ювелирное искусство Дома Картье и в целом французские ювелиры оказывали и оказывают большое влияние на развитие ювелирного дела во всём мире. Поэтому более подробное знакомство с историей Франции и Дома Картье даст нам представление о развитии ювелирного искусства в целом. В очерке использованы материалы Государственного Эрмитажа.

     В 1867 году император Наполеон III присутствовал на открытии Оперного театра, созданного по проекту Шарлю Гарнье. Новое здание стало частью парижского городского пейзажа. Оно сразу же встало в ряд наиболее известных достопримечательностей Парижа благодаря выразительной мощи своей колоннады, сильным контрастом света и тени, изобилию скульптурных и лепных украшений, смелому решению кровли здания в виде короны и присутствию полихромии. Французы того времени тотчас узнавали в нём себя. Со всех точек зрения здание символизировало эпоху Второй Империи.

     Франция, разбогатевшая как никогда, пользовалась результатами труда многих поколений. Промышленность развивалась, поддерживаемая новоявленными, но уже могущественными банками. Сеть железных дорог, подобно паутине, постепенно опутывало столицу, стимулируя торговые связи. Что касается Биржи, то для неё наступил поистине золотой век. Процветали и большие магазины "Бон Марше", "Лувр", "Прентан", "Самаритэн". Французы, в особенности парижане, жадно и откровенно пользовались своим благосостоянием. Буржуазия на вершине процветания, свободная от материальных забот, наслаждалась многочисленными и разнообразными развлечениями. 

     Стремление к празднику было всеобщим. Император Наполеон III и императрица Евгения подавали пример. Оба любили светскую жизнь и задавали в ней тон. Огромный двор, подражавший двору Первой Империи, и подчинённый строгому этикету, участвовал в блестящих приёмах в Тюильри, в Сен-Клу, в Фонтенбло, в Компьне...

     Тысячные толпы приглашённых танцевали на больших балах. Приёмы и балы сменяли друг друга в безудержном темпе в салонах Сен-Жерменского предместья, предместью Шоссе ДАнтен и, в особенности, молодого ещё VIII округа столицы. За исключением времени Великого поста, с ноября по май театры привлекали публику не только самими спектаклями, но и красочной толпой перед театром и оживлением в зале. 

     Париж роскоши и развлечений покорял весь мир. Благодаря железной дороге около миллиона человек в год стекалось сюда со всех концов света. Сюда приезжали англичане, итальянцы, русские, североамериканцы, бразильцы, жители восточных стран и т.д. Большинство из них возвращались с облегчёнными кошельками и с ослеплённым рассудком. Иные оставались навсегда, принимали французское подданство. Это богатое космополитическое общество не жалело средств для украшения своих жилищ. 

     У буржуазии не хватало смелости на создание нового стиля, аристократия же жалела об ушедшем времени. Вкусы обоих господствующих классов сошлись на любви к искусству, обращённому в прошлое. Художники питались образцами прошлого в надежде создать нечто новое. Успеха было, однако, нелегко достигнуть. Эклектизм нередко оборачивался полным смешением стилей и тяжеловесностью. 

     В центре этого светского общества салонов и мира полусвета с Больших бульваров, захваченных удовольствиями жизни, царили женщины. В Тюильри императрица Евгения была примером элегантности. В салонах принцесса Матильда, кузина императора, блистала своей страстью к искусству, а графиня Виргиния де Кастильоне - своей красотой. Ла Пайва привлекала многих воздыхателей в своём роскошном дворце на Елисейских Полях, Гортензия Шнейдер чаровала публику с подмостков. Лоретки увеселяли балы Мабиля и Бюлье...

     Кринолины возрождали парадные платья XVIII века, женщины смотрелись в них как маяки в море мужских рединготов. 



     

воскресенье, 12 сентября 2021 г.

Камни Аризоны ( четвёртое упоминание ).

     Кратко о геологическом строении и геологической истории Аризоны. Геология штата необычна и разнообразна. В северной части штата река Колорадо "пропилила" песчаники и известняки Плато Колорадо, образовав знаменитый Гранд Каньон. С запада воздействие оказывали вулканы области Сан-Франциска, от которых Аризона имеет мощные толщи пепла. В северном углу штата цветные пермские останцы песчаников создают сюрреалистический ландшафт Долины Монументов. Это свидетельство огромного, мелкого древнего моря, в котором накапливались осадки со Скалистых гор, расположенных на востоке. Древние границы между континентом и морем были богаты лесом и зелёными лугами. При колебаниях уровня моря леса затоплялись и множество деревьев превращались в разноцветную окаменелую древесину.

     В юго-восточной части штата возвышающиеся горные хребты разделены широкими долинами. Рельеф сформировался в условиях растяжения земной коры. Высоко приподнятые участки - "небесные острова" содержат уникальную эндемичную флору и фауну. 

     Уникальная геология и топография Аризоны является продуктом длительной и комплексной геологической истории, которая, в частности, привела к образованию многочисленных месторождений.

     Топография ( орогидрография ) - лицо геологии. Геологи делят Аризону на три орогидрографические провинции: Плато Колорадо в северной трети штата, Горная страна в южной половине штата и переходная зона между ними. 

     Плато Колорадо, большая серия межгорных равнин, занимает около 13 000 кв.миль. Геология Плато относительно проста, здесь, в основном представлены горизонтально-залегающие осадочные породы палеозоя, мезозоя и кайнозоя. Река Колорадо и её притоки, эродируя Плато, сотворили удивительные формы рельефа в виде каньонов и отдельных сопок прихотливой формы. На Плато расположено 17 национальных природных парков, в том числе Грант Каньон, Прохладный Каньон, Долина Монументов.