понедельник, 2 декабря 2019 г.

Малахит ( тридцать восьмое упоминание ).

     Промысел рос скорее вширь, чем вглубь. Сказывалась зависимость от скупщиков, диктующих цены и условия работы, от низкой оплаты труда кустарей, нетребовательности рынка, с которым они были связаны. Сказывалось безразличие к судьбе промысла профессиональной художественной школы.

     Но более всего мешала дороговизна сырья, находившегося в монопольном владении наследников Демидовых и сложности в его приобретении. Никогда так остро не проявлялась зависимость малахитного дела от законодательных норм Горного права, как в это время. На малахит, как и на медную руду, распространялись все права заводовладельцев на основе посессионного права, а потому он не был доступен частной добыче. Приобретение его всегда было сопряжено с немалыми трудностями, зависело от прихоти владельца. Цены на малахит устанавливались произвольно.

     В 1910 году кустарями было возбуждено ходатайство к Главному управлению землеустройства и земледелия, ведавшему кустарной промышленностью, о свободной добыче камня в посессионных землях, в том числе и малахита на землях Тагильского горного округа. Некоторую роль в этом предприятии сыграла энергичная деятельность художника А.К.Денисова-Уральского, страстного пропагандиста уральского камня, сумевшего повлиять на тогдашнего министра торговли и промышленности.
     В ответ на ходатайство Денисов-Уральский был командирован правительством на Урал с целью "изыскания мер по подъёму кустарного промысла по добычи и обработке ценного и драгоценного камня". В 1911 году при Горном департаменте было созвано совещание по этому вопросу. Но всё завершилось, по словам А.Е.Ферсмана, рассказавшего об этом факте, "обычной административной сутолкой, не давшей никаких результатов".

     И всё же промысел жил. Неистребимая тяга уральских камнерезов к дедовскому ремеслу, преданность традициям, любовь к камню оказались сильнее любых препятствий.
( по В.Б.Семёнову ).

Комментариев нет:

Отправка комментария